|
СРЕДСТВА
МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ РОССИИ 2004 (оглавление)
Изменения в законодательстве о СМИ
В 2004 году в законодательстве о СМИ произошло четыре главных события.
Три из них связаны с той «чисткой» законодательства, которая датируется
22 августа 2004 года и в народе получила название «замена льгот
денежными компенсациями».
Наряду с социальными льготами под ликвидацию попали полторы сотни
законов, не укладывающихся, по мнению авторов реформы, в общий ряд
административно-рыночного обустройства страны.
В августе 2004 года были ликвидированы Закон «Об экономической
поддержке районных (городских) газет» и Закон «О государственной
поддержке СМИ и книгоиздания РФ». Оба закона проработали 10 лет
и воплощали политику либерального патернализма федеральной власти
по отношению к СМИ. Власть признавала за СМИ важные социальные функции
и поэтому предоставляла возможность зарабатывать на жизнь благодаря
налоговым льготам, а там, где рынка пока нет («районки»), предусматривались
прямые дотации.
Подобного рода льготы и поддержка есть в большинстве развитых стран
мира. Справедливости ради отметим, что российская власть и раньше
неоднократно пыталась избавиться от политики либерального протекционизма
и ликвидировать налоговые льготы. Такая попытка была предпринята
правительством в 1998 году. И Государственная Дума тогда поддержала
исполнительную власть. Но Союз журналистов предпринял массовую акцию:
более сотни региональных газет опубликовали фамилии тех депутатов,
которые голосовали за отмену льгот. И Госдума изменила свое решение
— 321 голос за пролонгацию льгот для СМИ. Это было в 1998 году.
В 2004 году власть перестала оглядываться на общество и его мнение.
Романтический период в отношениях между властью и СМИ завершился.
Третье событие в этом ряду можно назвать «прощание с надеждой».
Законом от 22 августа 2004 года статья 30 Закона «О СМИ» признается
утратившей силу, а в статье 31 слова «Федеральной комиссией по телерадиовещанию»
заменяются словами «Федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным
Правительством Российской Федерации». Речь идет о главном вопросе
для телевидения и радио: о том, кто выдает лицензии на вещание,
кто их контролирует, аннулирует и кто вырабатывает лицензионную
политику в стране. По Закону «О СМИ» от 1991 года эти функции принадлежат
(вернее принадлежали) Федеральной комиссии по телерадиовещанию.
Что это за комиссия, каков порядок ее формирования и деятельности
— на все эти вопросы должен был дать ответы отдельный федеральный
закон. В 1991 году разработчики Закона «О СМИ», М. Федотов, Ю. Батурин,
В. Энтин и их единомышленники среди депутатов не нашли необходимых
политических ресурсов, чтобы тогда еще, в 1991 году, принять цивилизованную
норму жизни для телевидения и радио в России. Пришлось оставить
статьи 30 и 31 в том виде, как они были эти 14 лет — в виде законодатель
ной дыры, оставляющей надежду на цивилизованное устранение.
Устранение произошло, но, к сожалению, не цивилизованное, а реакционно-консервативное.
Телевидение и радио попало под вертикаль исполнительной власти.
Отныне правительство и уполномоченные им органы уже на вполне законных
основаниях осуществляют лицензионную политику, выдают и отбирают
лицензии у теле- и радиоканалов. Зеркало попало под власть отображаемого
им предмета. Россия снова выбрала свой особый путь, отличный от
европейских и иных развитых стран.
Четвертое событие касается ограничений рекламы пива в СМИ. Этот
закон был подписан Президентом 20 августа 2004 г. В соответствии
с этим законом реклама пива не должна:
— содержать информацию о том, что его употребление имеет важное
значение для достижения общественного, спортивного или личного
успеха либо для улучшения физического или психического состояния;
— содержать информацию о том, что его употребление является одним
из способов утоления жажды;
— содержать информацию о его безвредности и (или) положительных
терапевтических свойствах;
— использовать образы людей и животных;
— распространяться в любой форме в радио- и телепередачах, при
кино- и видеообслуживании, в печатных изданиях для несовершеннолетних;
— распространяться в детских, образовательных, медицинских, санаторно-курортных,
оздоровительных, спортивных организациях, организациях культуры,
а также ближе 100 метров от них;
— распространяться в радио- и телепрограммах с 7 до 22 часов
местного времени;
— оформляться в идее мультипликационных (анимационных) фильмах;
— дискредитировать воздержание от их употребления;
— распространяться на первой и последней полосах газет, а также
на первой и последней страницах и обложках журналов;
— распространяться в средствах массовой информации, зарегистрированных
в качестве специализировавшихся на вопросах экологии, образования,
охраны здоровья.
Во всех случаях распространение рекламы пива и напитков, изготавливаемых
на его основе, должно сопровождаться предупреждением о возможном
вреде их употребления, причем в радио- и телепрограммах данному
предупреждению должно быть отведено не менее десяти процентов эфирного
времени трансляции каждой такой рекламы, при распространении такой
рекламы другими способами — не менее десяти процентов рекламной
площади (пространства).
Большинство иных законодательных инициатив в медийной сфере, к
счастью, не состоялись. Хотя попыток было много: за 2004 год через
комитет по информационной политике Государственной Думы прошло 43
законопроекта. Это больше, чем законодательных инициатив в области
экологии, культуры, спорта, семьи, молодежи, природных ресурсов,
природопользования. Проблемы СМИ занимают внимание депутатов больше,
чем проблемы промышленности, строительства и наукоемких технологий;
больше, чем проблемы ветеранов (26 проектов); охрана здоровья (35
проектов), вопросы местного самоуправления (38 проектов), и даже
национальные проблемы (9 проектов).
Большинство этих законопроектов касались попыток ограничить показ
сцен насилия и жестокости в эфире, а также ввести запрет на распространение
информации о терактах.
Инициаторов первой группы поправок (депутатов Чуева, Жириновского
и др.) не останавливало то, что в статье 4 действующего закона «О
СМИ» есть норма, запрещающая использовать СМИ для пропаганды культа
насилия и жестокости, а также невозможность законодательно отделить
низкопробные боевики от, например, произведений классики, включающих
батальные эпизоды.
Авторы идеи запрета на информацию о терактах (депутат Юревич М.В.
и др.) руководствовались убеждением, что информация о терактах допустима
только с разрешения «правоохранительных органов, в компетенцию которых
входит обеспечение безопасности граждан и проведение оперативно-следственных
мероприятий по факту совершения данного террористического акта».
Очевидно, что данная норма делает невозможной оперативную информацию
обо всех происшествиях (взрывах, катастрофах и т.д.), поскольку
на момент события, как правило, невозможно определить, является
происшествие терактом или нет.
Психологически понятны действия законодателей, которые, не найдя
адекватных законодательных инструментов для борьбы с ростом преступности,
насилия в обществе и с терроризмом, пытаются разбить зеркало, отражающее
эти процессы. Традиция казнить гонцов, приносящих дурные вести,
столь же древна, как и бесплодна.
В 2004 году усилиями журналистской общественности, экспертного
сообщества, Правительства РФ и Комитета по информационной политике
Госдумы эти попытки удалось предотвратить.
И еще об одном несостоявшемся событии 2004 года.
Вот уже больше двух лет «на запасном пути» в Госдуму стоит бронепоезд
проекта нового Закона «О СМИ», подготовленный Индустриальным комитетом.
Еще весной 2003 года экспертное медийное сообщество России с участием
ведущих зарубежных экспертов в области законодательства о массовой
информации практически единодушно признало этот законопроект несостоятельным,
а действующий Закон «О СМИ» вполне соответствующим современным реалиям.
Однако в начале 2004 года вновь оживились разговоры о принятии нового
Закона «О СМИ». Отвечая на вопрос журнала «СРЕДА», президент «МедиаСоюза»
А. Любимов назвал его принятие главной медийной задачей 2004 года.
Судя по весьма невнятной информации из Минкультуры, какие-то попытки
разработать новый закон о СМИ предпринимались под руководством замминистра
Л. Надирова. Однако депутаты комитета Госдумы по информационной
политике не видели ни одного нового варианта.
Выступая в декабре 2004 года в правительстве, министр А. Соколов
сказал, что новый закон о СМИ будет принят в 2005 году.
В интервью «Новой газете» замминистра Л. Надиров заявил: «Пока
существующий закон не вызывает никаких протестов у журналистов,
пока медиасообщество не выступает с плакатами против закона 1991
года, можно сделать новый проект не торопясь, учитывая разномыслие».
Подобную неторопливость можно только приветствовать.
В 2004 году закон «О СМИ» устоял. Это один из нечастых сегодня
случаев, когда власть оглядывается на мнение общества и специалистов.
|
